Создан первый отечественный компьютер

Далеко не все знают, что в России существуют отечественные компьютеры. "МЦСТ" – это единственная фирма, которая успешно занималась выпуском такой техники еще во времена Советского Союза. История отечественных компьютеров началась в далеком 1948 году. Сегодня мы рассмотрим, какие вычислительные устройства были разработаны в нашей стране. Эта информация будет весьма полезной и интересной.

Первый отечественный персональный компьютер был создан в Украинской ССР основоположником советского компьютеростроения Сергеем Алексеевичем Лебедевым.

В 1944 году он возглавил институт энергетики АН УССР, который специализировался по таким направлениям, как электротехническое и теплотехническое. Именно здесь Лебедев занялся в 1948 году созданием первого отечественного компьютера.

Размеры этого агрегата были весьма внушительные. Первый отечественный компьютер занимал огромную площадь – целых 60 квадратных метров. Несмотря на такие габариты, название ему было дано такое: Малая электронная счетная машина (МЭСМ). Она производила рекордные в те времена три тысячи счетно-вычислительных операций в минуту.

  • Двоичная система фиксации запятой перед старшим разрядом при системе счета.
  • 17 разрядов.
  • Емкость ОЗУ составила 63 команд и 31 число.
  • Объем устройства схож с системой ОЗУ.
  • Трехадресная система команд.
  • Система могла решать такие задачи: четыре элементарные операции, сдвиг, сравнение с учетом знака. Также она могла передавать управление и считывать числа с магнитного барабана.
  • Ввод данных осуществлялся при помощи системы программирования.
  • Моноблочное устройство параллельного действия на триггерных ячейках.

Данная техника занимала очень много места и имела существенные энергозатраты. Последующие модели были уже более компактными и экономичными в плане энергопотребления.

ЭВМ серии «М»

Но не только Лебедев был первым, кто создавал подобную технику. В истории отечественных компьютеров встречаются такие имена: Кржижановский, Исаак Брук и Башир Рамеев. Именно они в 1948 году в Москве подали заявку в патентное бюро на регистрацию ЭВМ. К сожалению, машина во многом уступала компьютеру Лебедева. Она выполняла лишь 20 операций в секунду (у Лебедева 50). Однако огромным преимуществом стали ее габариты и потребление. В отличие от МЭСМ, данному компьютеру необходимо было 8 кВт и занимал он лишь 5 квадратных метров.

В 1952 году выпускается модель М-2. Производительность данной техники создатели увеличили в сто раз, но и площадь возросла до 20 квадратных метров. Однако серийно данную модель выпускать не стали.

«Малютка» – так прозвали третий отечественный компьютер. Его площадь составляла всего 3 квадратных метра, но выполнять данная техника могла намного меньше своего предшественника (30 операций в секунду). Этого хватало для многих задач, потому была выпущена небольшая партия «Малюток».

«Стрела»

Созданием отечественного компьютера занимался и Юрий Василевский в Москве. Под его руководством сконструировали компьютер «Стрела». Первый образец появился в 1953 году. Агрегат оказался настолько успешным, что незамедлительно начали его серийное производство. «Стрелу» можно было встретить как в МГУ, так и в Академии наук СССР, даже у многих министров.

В отличие от своих предшественников компьютер Базилевского выполнял 2 тысячи операций за одну секунду, но при этом занимал площадь 300 квадратных метров и потреблял 150 кВт энергии.

МЭСМ – не единственное творение Лебедева. В 1952 году его переводят в Москву, где он занялся созданием более усовершенствованного отечественного персонального компьютера. За основу был взят старый прототип. Новый агрегат стал одним из самых успешных проектов в истории компьютеростроения СССР. Назвали его БЭСМ.

Он выполнял 10 тысяч операций в секунду и потреблял 35 кВт. Эта техника была создана специально для облегчения работы ученых и исследователей и проводила расчеты различной сложности.

Вторая серия компьютеров была создана специально для серийного производства. Число операций, которые они производили, составило 20 тысяч в секунду. Именно данная модель заложила основу для создания военных компьютеров.

После отъезда Лебедева в Москву его лабораторию возглавил Б.Г. Гнеденко. Под его руководством начинает создаваться агрегат «Киев». Одним из внедрений в данном компьютере стал адресный язык, которым все пользуются и сейчас.

В 1956 году лабораторию возглавил Виктор Михайлович Глушков. Именно он завершил разработку «Киева» и ввел его в эксплуатацию.

Благодаря разработке «Киева» появилось первое дистанционное управление. Испытание было проведено на расстоянии 500 километров. Кроме того, компьютер участвовал в разработке искусственного интеллекта, распознавании простых геометрических фигур, автоматизации синтеза функциональных схем и моделировании автоматического распознаванию букв и цифр. Данное устройство имело объем 512 слов, его вычислительные функции увеличились в 300 раз по сравнению с МЭСМ.

Особенности вычислительной машины «Киев»:

  • Компьютер обладал асинхронным принципом передачи между функциональными блоками.
  • Возможен был ввод в десятичной системе счисления и вывод чисел.
  • Несколько блоков памяти.
  • Пассивное запоминающее устройство с набором констант и подпрограмм элементарных функций.

Советские ЭВМ, разработанные в 50-х годах

В 1955 году ученый-изобретатель Б.И. Рамеев в Пензе создал новый агрегат «Урал-1». Проект был менее затратным, однако довольно габаритным. Мощность потребления – 10 кВт. Выпуск продолжали до 1961 года. Эти компьютеры устанавливали в конструкторских бюро и на «Байконуре».

«Днепр»

Следующим этапом в развитии компьютеростроения стало создание «Днепра». Работы велись всего три года. В 1961 году все промышленные предприятия были оснащены ЭВМ.

Данную модель оценили крайне высоко. Именно она отслеживала большинство экспериментальных космических полетов в 1972 году. Также данная модель стала экспортироваться за границу.

«Днепр» имел следующие характеристики:

  • Двухадресная система команд с двоичной системой вычисления.
  • Размер – 35-40 квадратных метров.
  • 26 двоичных разрядов.
  • 20 тысяч операций сложения или вычитания за секунду, 4 тысячи операций умножения или деления за одну секунду.
  • Мощность потребления – 4 кВт.

«Луч» и «МИР»

1963 год стал еще одним этапом усовершенствования отечественного компьютеростроения. В Северодонецке создается агрегат «Луч». Его основная функция – проведение инженерных расчетов любой сложности. Однако в серийное производство вышли «Луч-2» и «Луч-3». Они отличались следующими характеристиками:

  • Система счисления – двоично-десятичная.
  • Объем ОЗУ составил 140 слов.
  • Металлизированные перфокарты или штекерный ввод.
  • Количество моментальных запоминающихся команд – 100.
  • Система команд с 32 операциями.
  • Мощность – 1000 элементарных задач за минуту.

Следом за «Лучом» создается модель «МИР». В 1967 году она приняла участие в Лондонской выставке, где известная на то время компания IBM приобрела несколько отечественных компьютеров этой серии.

  • Двоично-десятичная система счисления.
  • Плавающие и фиксированные запятые.
  • Разрядность и длина расчетов (объем памяти – 4096 символов).
  • Мощность – 1 000-2 000 операций в секунду.

В отличие от других вычислительных машин, с компьютером «МИР» в комплекте уже шла клавиатура.

«Эльбрус»

Еще один гениальный человек в компьютеростроении – В.С. Бурцев. Именно под его руководством была создана первая система ПРО (противоракетная оборона) и «Эльбрус». В 1980 году агрегат показал небывалые результаты, он мог производить уже 15 миллионов операций за одну секунду.

Читайте также:  Synaptics clickpad driver что это за программа

Всего было выпущено три серии этой модели. «Эльбрус-3» был доведен до 1 миллиарда операций в секунду, его разработка завершилась в 1991 году. Система оказалась довольно габаритной, к окончанию производства прототипа появились более экономичные варианты создания отечественных компьютеров.

Заключение

На данный момент характеристики современных компьютеров на порядок выше, чем у первых советских или американских. Сейчас БЭСМ, МЭСМ, "Эльбрус" уже давно не используются. Однако именно они дали толчок для развития в сфере электронно-вычислительных машин.

Иван Мин

Мало кто знает, что математические основы информатики и вычислительной техники появились еще в Российской империи. Кто придумал первый русский ЭВМ, что такое БЭСМ, кому выгодна машина вместо пролетариата и почему в стране нет ни одного значимого производителя компьютеров — T&P публикуют главу из книги Лорена Грэхэма «Сможет ли Россия конкурировать?», выпущенной в издательстве «Манн, Иванов и Фербер».

Русские были пионерами и в области разработки вычислительных устройств, электронных вычислительных машин (ЭВМ), математических основ информатики. В последние годы существования Российской империи русские инженеры и ученые сделали важные шаги на пути развития вычислительных устройств. В советский период целая групп математиков, среди них Владимир Котельников, Андрей Колмогоров, Израиль Гельфанд и другие, внесли существенный вклад в развитие теории информации. Советские ученые и инженеры создали первую цифровую электронную вычислительную машину в континентальной Европе. Когда американские и советские инженеры начали сотрудничать в области освоения космоса, в некоторых случаях советские инженеры «считали» задачи гораздо быстрее своих американских коллег. Однако в последующие годы интерес к ЭВМ все больше переходил в коммерческую плоскость, и Советский Союз не выдержал конкуренции. Советские ученые, работавшие в области вычислительных технологий, были вынуждены оставить свои разработки и принять стандарты IBM. Сегодня на международном рынке не представлено ни одного значительного компьютерного производителя из России.

«Немногие на Западе знают, что двумя годами ранее русский логик Виктор Шестаков выдвинул похожую теорию релейно-контактных схем, основанную на булевой алгебре, но опубликовал он свою работу только в 1941 году»

Русские довольно рано начали проявлять научную активность в области разработки вычислительных машин, теории информации и компьютеров. Еще до революции 1917 года русские инженеры и ученые существенно продвинулись в этой области. Русский морской инженер и математик Алексей Крылов (1863–1945) интересовался применением математических методов в судостроении. В 1904 году он создал автоматическое устройство для решения дифференциальных уравнений. Другой молодой инженер, Михаил Бонч-Бруевич (1888–1940), также работавший в , занимался вакуумными лампами и их применением в радиотехнике. Около 1916 года он изобрел одно из первых двухпозиционных реле (так называемое катодное реле) на основе электрической цепи с двумя катодными трубками.

Одним из пионеров теории информации на Западе был Клод Шеннон. В 1937 году в Массачусетском технологическом институте он защитил магистерскую диссертацию, в которой продемонстрировал, что комплексы реле в совокупности с двоичной системой счисления могут применяться для решения проблем булевой алгебры. Результаты научных работ Шеннона составляют основу теории цифровых сетей для ЭВМ. Но немногие на Западе знают, что двумя годами ранее, в 1935-м, русский логик Виктор Шестаков выдвинул похожую теорию релейно-контактных схем, основанную на булевой алгебре, но опубликовал он свою работу только в 1941 году, через четыре года после Шеннона. Ни Шеннон, ни Шестаков ничего не знали о работах друг друга.

Первая электронная вычислительная машина в континентальной Европе была создана в обстановке секретности в 1948–1951 годах в местечке под названием Феофания возле Киева. До революции здесь был монастырь, окруженный дубравами и цветущими лугами, изобиловавшими ягодами, грибами, здесь водились дикие звери и птицы. В ранние годы советской власти в монастырских зданиях разместилась психиатрическая лечебница. Превращение религиозных учреждений в исследовательские или медицинские заведения было довольно частой практикой в советском государстве. Во время Второй мировой войны все пациенты лечебницы были убиты или пропали без вести, а здания разрушены. Весной и осенью дорогу к этому местечку развозило так, что по ней было невозможно проехать. Да и в хорошую погоду приходилось трястись по кочкам. В 1948 году полуразрушенные здания были переданы инженеру-электротехнику Сергею Лебедеву для создания электронной вычислительной машины. В Феофании Лебедев, 20 инженеров и 10 помощников разработали Малую электронно-счетную машину (МЭСМ) — одну из самых быстрых ЭВМ в мире, обладавшую многими интересными характеристиками. Ее архитектура была полностью оригинальна и не походила на архитектуру американских ЭВМ, которые единственные в мире превосходили ее на тот момент.

«Обычно он уносил свои бумаги и свечу в ванную комнату, где часами писал единицы и нули»

Алиса Григорьевна Лебедева о жизни своего супруга, основоположника вычислительной техники в СССР Сергея Лебедева, в Москве в 1941 году во время бомбежек немецкой авиации.

Сергей Лебедев родился в 1902 году в Нижнем Новгороде (позднее переименованном в Горький, не так давно ему было возвращено прежнее историческое имя). Его отец был школьным учителем, его часто переводили с места на место, так что детство и юность Сергея прошли в разных городах, в основном на Урале. Затем отца перевели в Москву, и там Сергей поступил в Московское высшее техническое училище имени Баумана, известное сегодня как Московский государственный технический университет имени Н.Э. Баумана. Там Лебедев заинтересовался техникой высоких напряжений — областью, требовавшей хорошей математической подготовки. По окончании учебы он работал преподавателем в Бауманском университете, занимался исследовательской работой в Лаборатории электрических сетей. Лебедев был заядлым альпинистом и позднее назвал один из своих компьютеров в честь высочайшей вершины Европы Эльбруса, которую он успешно покорил.

В конце 1930-х годов Лебедев заинтересовался двоичной системой счисления. Осенью 1941 года, когда Москва погружалась в полную темноту, спасаясь от налетов фашистской авиации, его супруга-музыкант вспоминала, что «обычно он уносил свои бумаги и свечу в ванную комнату, где часами рисовал единицы и нули». Позднее во время войны его перевели в Свердловск (ныне Екатеринбург), где он работал на военную промышленность. Лебедеву требовалась вычислительная машина, способная решать дифференциальные и интегральные уравнения, и в 1945 году он создал первую в России электронную аналоговую вычислительную машину. При этом у него уже была идея создания цифровой ЭВМ на основе двоичной системы счисления. Что интересно, насколько нам известно, в то время он не был знаком с научными разработками в этой области ни своего соотечественника Шестакова, ни американца Клода Шеннона.

Лебедев разработал МЭСМ всего через три или четыре года после создания первого в мире электронного компьютера ENIAC в США и одновременно с британским EDSAC. К началу 1950-х годов МЭСМ использовалась для решения задач в области ядерной физики, комических полетов, ракетостроения, а также передачи электроэнергии.

В 1952 году вслед за созданием МЭСМ Лебедев разработал еще одну вычислительную машину — БЭСМ (сокращение от Большая (или Быстродействующая) электронно-счетная машина). Это была самая быстродействующая ЭВМ в Европе, по крайней мере в течение некоторого периода, способная составить конкуренцию лучшим мировым разработкам в этой области. Это был триумф. БЭСМ-1 была выпущена в единственном экземпляре, но уже следующие модели, особенно БЭСМ-6, производились сотнями и использовались для разных целей. Производство БЭСМ-6 было прекращено в 1987 году. В 1975-м в ходе совместного космического проекта «Союз — Аполлон» советские специалисты обработали параметры орбиты «Союза» на БЭСМ-6 быстрее американцев.

Но после столь многообещающего старта в области вычислительной техники Россия сегодня отстает от лидеров отрасли. Понять причину этого провала можно, только проанализировав историю развития отрасли, принимая во внимание социальные и экономические факторы, повлиявшие на ее трансформацию. В ведущих западных странах область вычислительной техники после Второй мировой войны формировалась под действием трех главных движущих сил: научного сообщества, государства (в части военного применения) и деловых кругов. Роль научного сообщества и правительства была особенно важна на начальном этапе, роль бизнеса проявилась позднее. Область вычислительной техники в Советском Союзе была успешна до тех пор, пока разработка этих устройств преимущественно зависела от достижений научной мысли и государственной поддержки. Поддержка вычислительных технологий со стороны государства была безграничной, если они использовались для нужд противовоздушной обороны или исследований в области ядерного оружия. Однако затем главной движущей силой на Западе стал бизнес. Символически этой переходной точкой является решение компании General Electric в 1955 году закупить вычислительные машины IBM 702 для автоматизации работ с платежными ведомостями и другими документами на своем заводе в Скенектади и решение Bank of America в 1959 году автоматизировать процессы (с использованием компьютера ERMA, созданного в Стэнфордском научно-исследовательском институте).

«Концепция кибернетики противоречит теории диалектического материализма Маркса, и охарактеризовал компьютерную науку как особенно вредоносную попытку западных капиталистов извлечь больше прибыли, заменив рабочих»

Эти решения ознаменовали начало масштабной компьютеризации банковской и деловой сферы. В 1960–1970-х годах электронные вычислительные машины стали коммерческими продуктом, это повлекло за собой снижение их стоимости, усовершенствования в части простоты использования, которых требовал рынок. Советский Союз со своей плановой экономикой, централизованным неконкурентным рынком не мог идти в ногу с происходящими технологическими усовершенствованиями. В результате в 1970-х годах СССР отступил от изначально впечатляющей попытки развиваться собственным независимым курсом в области вычислительной техники и принял стандарты компании IBM. С этого момента в области компьютерных технологий русские оказались и продолжают оставаться на позициях догоняющих и никогда больше не выбивались в лидеры. Сергей Лебедев умер в 1974 году. Другой ведущий ученый, разработчик первых советских ЭВМ Башир Рамеев, глубоко сожалел о решении перенять архитектуру IBM вплоть до своей смерти в 1994 году. Советскую отрасль вычислительной техники подвел не недостаток знаний в этой области, ее подкосила неодолимая сила рынка.

Еще одним фактором, хотя в данном конкретном случае и не определяющим, была идеология. В 1950-х годах советские идеологи относились к кибернетике очень скептически, называли ее «наукой мракобесов». В 1952 году один из заклеймил эту область знаний как «псевдонауку», подвергнув сомнению утверждение, что компьютеры могут помочь объяснить человеческую мысль или социальную деятельность. Еще в одной статье, опубликованной через год и озаглавленной «Кому служит кибернетика?», анонимный автор, выступивший под псевдонимом «Материалист», заявил, что концепция кибернетики противоречит теории диалектического материализма Маркса, и охарактеризовал компьютерную науку как особенно вредоносную попытку западных капиталистов извлечь больше прибыли, заменив рабочих, которым надо платить жалованье, машинами.

Хотя подобные идеологические обвинения теоретически могли оказать негативное влияние на развитие вычислительной техники в СССР, разработка ЭВМ, учитывая заинтересованность в них военно-промышленного комплекса, продолжалась теми же темпами8. Как сказал мне в 1960 году один из советских ученых в этой области, «мы занимались кибернетикой, просто не называли ее кибернетикой». Более того, в конце 1950-х — начале 1960-х годов в Советском Союзе произошел поворот на 180 градусов в отношении кибернетики, ее начали превозносить как науку, служащую целям советского государства.

В 1961 году даже вышел сборник под названием «Кибернетику — на службу коммунизму». Во многих российских университетах открылись факультеты кибернетики. Более серьезная политическая угроза для развития вычислительной техники в СССР возникла с появлением персональных компьютеров. Советскому руководству нравились компьютеры, пока они были огромными блоками в центральных правительственных, военных и промышленных ведомствах, но с гораздо меньшим энтузиазмом оно отнеслось к тому, что компьютеры переместились в частные квартиры и обычные граждане получили возможность использовать их для бесконтрольного распространения информации. В попытке осуществить контроль над передачей информации государство уже давно запретило простым гражданам иметь в собственности принтеры и копировальные аппараты. Персональный компьютер с принтером был равнозначен маленькому печатному станку. Но что могли поделать с этим советские власти?

Самые острые дебаты среди членов советского руководства по поводу компьютеров происходили в середине и конце 1980-х годов. В 1986-м я обсуждал эту проблему с ведущим советским ученым в этой области Андреем Ершовым. Он был откровенен, согласившись, что стремление Коммунистической партии обладать контролем над информацией препятствует развитию компьютерной отрасли. Затем сказал следующее: «Наше руководство еще не определилось, на что похож компьютер: на печатный станок, печатную машинку или телефон, — и многое будет зависеть от этого решения. Если они решат, что компьютеры похожи на печатные станки, то захотят продолжить контролировать отрасль так же, как сейчас они контролируют все печатные станки. Гражданам запретят их покупать, они будут только в учреждениях. С другой стороны, если наше руководство решит, что компьютеры похожи на печатные машинки, их позволят иметь гражданам, власти не будут стремиться контролировать каждый аппарат, хотя могут попытаться взять под контроль распространение информации, которая производится с их помощью. И в конце концов, если руководство решит, что компьютеры похожи на телефоны, они появятся у большинства граждан, и те смогут делать с ними все, что захотят, но онлайновая передача данных будет время от времени проверяться.

«Сегодня в России нет ни одной компании — производителя вычислительной техники, которая являлась бы значительным игроком на международном рынке, несмотря на то что русские могут с полным правом утверждать, что были в числе пионеров в области»

Я убежден, что в итоге государству придется позволить, чтобы граждане владели персональными компьютерами и сами их контролировали. Более того, станет очевидно, что персональные компьютеры не похожи ни на какие предыдущие коммуникационные технологии: ни на печатные станки, ни на печатные машинки, ни на телефоны. Наоборот, они являются абсолютно новым видом технологий. Вскоре наступит время, когда любой человек в любой точке мира сможет практически беспрерывно общаться с любым другим человеком в любой точке мира. Это будет настоящей революцией — не только для Советского Союза, но и для вас тоже. Но здесь ее последствия будут самыми значительными».

Читайте также:  Как закрепить закладки на панели в яндексе

Это высказывание наглядно подтверждает, какой сложной проблемой для советского государства были компьютеры. Однако этот вопрос быстро потерял свою актуальность. Через пять лет после этого нашего разговора с Ершовым Советский Союз распался, а вместе с этим прекратился и контроль над коммуникационными технологиями (однако это не коснулось контроля над средствами массовой информации, в частности над телевидением). В современной России компьютерная отрасль так и не наверстала отставание, которое она переживала в последние годы советского государства. Как мы видели, это отставание было вызвано в большей степени неспособностью конкурировать в условиях рынка, нежели политическим контролем, хотя последний и сыграл определенную роль. Сегодня в России нет ни одной компании — производителя вычислительной техники, которая являлась бы значительным игроком на международном рынке, несмотря на то что русские могут с полным правом утверждать, что были в числе пионеров в области развития вычислительных технологий.

Не так давно мы рассказали вам про архитектуру новейшего российского процессора «Эльбрус-4С», разработанного компанией МЦСТ. Была затронута и ее история развития. На сегодняшний день эта фирма — чуть ли не единственный оплот отечественного компьютеростроения. На наш взгляд, было бы неправильно не уделить немного внимания разработкам СССР. Да, советское компьютеростроение нельзя назвать передовым, однако инженеры, ученые и государство все же уделяли ему достаточное количество времени и сил.

Персональный компьютер «Агат»

Первая советская электронно-вычислительная машина была сконструирована и введена в эксплуатацию недалеко от города Киева. С появлением первого компьютера в Союзе и на территории континентальной Европы связывают имя Сергея Лебедева (1902-1974 гг.). В 1997 году ученая мировая общественность признала его пионером вычислительной техники, и в том же году Международное компьютерное общество выпустило медаль с надписью: «С.А. Лебедев — разработчик и конструктор первого компьютера в Советском Союзе. Основоположник советского компьютеростроения». Всего при непосредственном участии академика было создано 18 электронно-вычислительных машин, 15 из которых переросли в серийное производство.

Сергей Алексеевич Лебедев — основоположник вычислительной техники в СССР

В 1944-м, после назначения на должность директора Института энергетики АН УССР, академик с семьей переезжает в Киев. До создания революционной разработки остается еще долгих четыре года. Данный институт специализировался по двум направлениям: электротехническое и теплотехническое. Волевым решением директор разделяет два не совсем совместимых научных направления и возглавляет Институт электроники. Лаборатория института переезжает в предместье Киева (Феофания, бывший монастырь). Именно там и воплощается в жизнь давнишняя мечта профессора Лебедева — создать электронно-цифровую счетную машину.

Первый компьютер СССР

В 1948 году модель первого отечественного компьютера была собрана. Устройство занимало почти все пространство комнаты площадью в 60 м 2 . В конструкции было так много элементов (особенно нагревательных), что при первом запуске машины выделилось столько тепла, что пришлось даже разобрать часть кровли. Первую модель советского компьютера назвали просто — Малая Электронная Счетная Машина (МЭСМ). Она могла производить до трех тысяч счетно-вычислительных операций в минуту, что по меркам того времени было заоблачно много. В МЭСМ был применен принцип электронной ламповой системы, который уже апробирован западными коллегами («Колосс Марк 1» 1943 г., «ЭНИАК» 1946 г.).

Всего в МЭСМ было использовано порядка 6 тысяч различных электронных ламп, устройству требовалась мощность в 25 кВт. Программирование происходило за счет ввода данных с перфолент или в результате набора кодов на штекерном коммутаторе. Вывод данных производился посредством электромеханического печатающего устройства или путем фотографирования.

  • двоичная с фиксированной запятой перед старшим разрядом система счета;
  • 17 разрядов (16 плюс один на знак);
  • емкость ОЗУ: 31 для чисел и 63 для команд;
  • емкость функционального устройства: аналогичная ОЗУ;
  • трехадресная система команд;
  • производимые вычисления: четыре простейших операции (сложение, вычитание, деление, умножение), сравнение с учетом знака, сдвиг, сравнение по абсолютной величине, сложение команд, передача управления, передача чисел с магнитного барабана и пр.;
  • вид ПЗУ: триггерные ячейки с вариантом использования магнитного барабана;
  • система ввода данных: последовательная с контролем через систему программирования;
  • моноблочное универсальное арифметическое устройство параллельного действия на триггерных ячейках.

Несмотря на максимально возможную автономную работу МЭСМ, определение и устранение неполадок все же происходило вручную или посредством полуавтоматического регулирования. Во время испытаний компьютеру было предложено решить несколько задач, после чего разработчики заключили, что машина способна производить вычисления, неподвластные человеческому разуму. Публичная демонстрация возможностей малой электронной счетной машины произошла в 1951 году. С этого момента устройство считается введенным в эксплуатацию первым советским электронно-вычислительным аппаратом. Над созданием МЭСМ под руководством Лебедева работало всего 12 инженеров, 15 техников и монтажниц.

Несмотря на ряд существенных ограничений, первый компьютер, сделанный в СССР, работал в соответствии с требованиями своего времени. По этой причине машине академика Лебедева было доверено проводить расчеты по решению научно-технических и народно-хозяйственных задач. Опыт, накопленный в процессе разработки машины, был использован при создании БЭСМ, а сама МЭСМ рассматривалась в качестве действующего макета, на котором отрабатывались принципы построения большой ЭВМ. Первый «блин» академика Лебедева на пути развития программирования и разработок широкого круга вопросов вычислительной математики не оказался комом. Машину применяли как для текущих задач, так и рассматривали прототипом более усовершенствованных аппаратов.

Успех Лебедева был высоко оценен в высших эшелонах власти, и в 1952 году академик получил назначение на руководящую должность института в Москве. Малая электронная счетная машина, произведенная в единичном экземпляре, использовалась до 1957 года, после чего устройство демонтировали, разобрали на составляющие и поместили в лабораториях Политехнического института в Киеве, где части МЭСМ служили студентам в лабораторных исследованиях.

ЭВМ серии «М»

Пока академик Лебедев работал над электронно-вычислительным устройством в Киеве, в Москве образовывалась отдельная группа электротехников. Сотрудники Энергетического института имени Кржижановского Исаака Брука (электротехник) и Башира Рамеева (изобретатель) в 1948 году подают в патентное бюро заявку на регистрацию проекта собственной ЭВМ. В начале 50-х Рамеев становится руководителем отдельной лаборатории, где и предназначалось появиться этому устройству. Буквально за один год разработчики собирают первый прототип машины М-1. По всем техническим параметрам это было устройство, намного уступающее МЭСМ: всего 20 операций в секунду, тогда как машина Лебедева показывала результат в 50 операций. Неотъемлемым преимуществом М-1 были ее габариты и энергопотребление. В конструкции использовано всего 730 электрических ламп, они требовали 8 кВт, а весь аппарат занимал лишь 5 м 2 .

В 1952-м году появилась М-2, производительность которой выросла в сто раз, а число ламп увеличилось лишь вдвое. Этого удалось достичь за счет использования управляющих полупроводниковых диодов. Но инновации требовали больше энергии (М-2 потребляла 29 кВт), да и площадь конструкция заняла в четыре раза больше, чем предшественница (22 м 2 ). Счетных возможностей данного устройства вполне хватало для реализации ряда вычислительных операций, но серийное производство так и не началось.

“>